Флейта и кларнет
Oct. 12th, 2018 07:54 pm Флейта и кларнет познакомились на первой репетиции нового оркестра. И сразу сделались неразлучны. Оба деревянные инструменты из простых семей. Не саксофоны, какие... Оба держались поближе к арфе и подальше от контрабасов. Рояль уважали. Дирижера побаивались. С ударными дружбы не водили. Понимали друг друга с полутакта. Да только флейта, хоть и деревянный инструмент, а сделана из серебра. И голосок у нее серебряный, и сверкает она позолотой. И как пойдет у них дуэт, так от нее глаз никто не отводит, а его теплого душевного голоса, почитай, и не слышат. Ему же обидно. Но он вида не подает. Сам тает от ее нежного голоска и все заглядывает ей в ноты. В нотах "до", а флейта играет "ми". И так чудесно получается! Загадочная женская душа…
В антрактах они часто обсуждали одну проблему, которая волновала до слез: оба были натурами музыкальными, творческими, одаренными и даже уникальными, но пока божественное дыхание не коснется мундштука,
мелодия не получалась. Ни единого звука! Ах, как понять, что берется из своей души, а что приходит извне, нашептывается божеством? У каждого из них были свои божества - у флейты дух звали Эммой, а у кларнета - Соломоном.
Несколько месяцев их счастье было безмерным. Они достигали в своих дуэтах полного единения и зал вздыхал легко и глубоко после финального тремоло. А потом у флейты появились подозрения. Кларнет изменился. Не то, чтобы он фальшивил, но стал сух и обходился без своих лучших обертонов. Его голос не был больше теплым и искренним. Она заставила его объясниться - случилось ужасное: у него появилась другая.
Теперь он был влюблен в электрическую бритву Соломона. Бритва не была так стройна, не сверкала позолотой, голос у нее был попроще и несколько однообразен. Она была незамысловатая и свойская, и не зависела от губ Соломона. Наоборот, она, если была не в духе, пощипывала его, так что он морщился и ойкал. Зато кларнет был единственным инструментом, кого она знала. Самым прекрасным, умным и певучим на всем белом свете. Не чета миксеру и пылесосу, с которыми она дружила прежде. "Мне с ней хорошо"- твердо признался он.
Флейта больше не доверяет духовым. Она отдалась своему пюпитру и уверена, что он ей никогда не изменит. Вот, кто по-настоящему умеет ценить музыку.
В антрактах они часто обсуждали одну проблему, которая волновала до слез: оба были натурами музыкальными, творческими, одаренными и даже уникальными, но пока божественное дыхание не коснется мундштука,
мелодия не получалась. Ни единого звука! Ах, как понять, что берется из своей души, а что приходит извне, нашептывается божеством? У каждого из них были свои божества - у флейты дух звали Эммой, а у кларнета - Соломоном.Несколько месяцев их счастье было безмерным. Они достигали в своих дуэтах полного единения и зал вздыхал легко и глубоко после финального тремоло. А потом у флейты появились подозрения. Кларнет изменился. Не то, чтобы он фальшивил, но стал сух и обходился без своих лучших обертонов. Его голос не был больше теплым и искренним. Она заставила его объясниться - случилось ужасное: у него появилась другая.
Теперь он был влюблен в электрическую бритву Соломона. Бритва не была так стройна, не сверкала позолотой, голос у нее был попроще и несколько однообразен. Она была незамысловатая и свойская, и не зависела от губ Соломона. Наоборот, она, если была не в духе, пощипывала его, так что он морщился и ойкал. Зато кларнет был единственным инструментом, кого она знала. Самым прекрасным, умным и певучим на всем белом свете. Не чета миксеру и пылесосу, с которыми она дружила прежде. "Мне с ней хорошо"- твердо признался он.
Флейта больше не доверяет духовым. Она отдалась своему пюпитру и уверена, что он ей никогда не изменит. Вот, кто по-настоящему умеет ценить музыку.