Мотивные птифуры

[otikubo]

По мотивам Гротендика

Костя уже несколько недель не мог написать ничего стоящего. Он, конечно, присаживался к синтезатору, стоящему в кабинете его дачи. Но то, что наигрывалось умелыми тренированными пальцами, уху было неприятно. То казалось слишком легковесным - будто пятиклассник натренькал на первой своей гитаре. То - подражанием кому-то, кого он не мог вспомнить. А требовалось сочинить несколько песен и, самое главное, мелодию, которая будет сопровождать титры каждой серии - задавать настроение, определять тон сериала. Должна быть пронзительная, запоминающаяся и, в идеале, стать популярным рингтоном. Вот какая мелодия. Чтоб соперничала с "Маленькой ночной серенадой" и песенкой "Сурок всегда со мною"...


Шли дни, и  Костя все больше терял уверенность в себе. Теперь он и сам не знал, хорошо или плохо то, что наигрывалось во сне и наяву. Он выпил бутылку Бурбона, подаренную на день рождения, хотя по природе своей был человеком малопьющим. Музыкальные инициативы это несколько оживило, но он совершенно потерял ориентиры. Возможно то, что получалось, был всего лишь не узнанный им чижик-пыжик или композиция "василек, василек - мой любимый цветок".
Наконец, поняв, что он безнадежно опускается, ранним туманным утром Костя вышел из дому с намерением вернуть себе человеческий облик. Причем начать с трехкилометровой пробежки по лесу, чего он не делал с самого того времени, как подписал договор на сочинение музыки к сериалу "Последнее прощание". Он боялся, что не сможет пробежать по своему обычному маршруту, поскольку выбился из режима, детренирован и набрал несколько лишних килограммов. Заранее представлял, как начнет задыхаться, схватится за селезенку и перейдет на шаг. Однако, ничего этого не случилось. Не пробежав и двухсот метров  он обнаружил, что поперек тропинки лежит старая женщина. Она была одета в песочный спортивный костюм Abercrombie & Fitch, на ногах невиданной красоты кроссовки, элегантные очки, за которыми спокойно прикрытые глаза - Костя похолодел. Старушка была похожа на его бабушку, и он кинулся спасать ее, опасаясь, что опоздал. Однако первые же брызги воды из Костиной бутылочки привели ее в чувство. Она присела  и, видя его искреннюю тревогу, сообщила, что ничего страшного не происходит. Это просто обморок, и если у ее спасителя найдется в кармане конфетка, она будет в полной безопасности и почувствует себя совершенно нормально.
Конфеты у Кости не оказалось, но он помог Кларе Ардалионовне подняться на дрожащие ноги и обнимая за талию левой рукой, пока она слабой кистью опиралась на его правую, довел старую даму до своего дома. Там он усадил гостью в кресло на застекленной веранде и в два счета подал ей чашку сладкого горячего чаю и вазочку с терновым вареньем. После чаепития она, не чинясь, приняла его предложение полежать на диване в гостиной под пушистым пледом и тут же задремала. Костя с непонятным умилением смотрел на бледное морщинистое лицо в обрамлении модно постриженных кудрявых серебряных волос. Через четверть часа Клара Ардалионовна проснулась в прекрасном настроении и самочувствии.
- Вот что, Костя, - сказала она. - Мне повезло, что вы бегаете по той же тропинке, по которой и я совершаю ежедневную прогулку. Вы были неописуемо добры, деликатны и отзывчивы.  Теперь я хочу, чтобы и вам повезло. Есть у вас какие-нибудь затруднения? Возможно, я помогу с ними справиться.
И Костя рассказал, что получил большой заказ на музыку к сериалу.
Старушка понурилась: "Боюсь,  написать музыку я не сумею"
- Да нет же, - заволновался Костя.  - Проблема не в том, что я не напишу. Моя беда, что я не могу отличить хорошее от среднего, слабого и откровенно плохого. Какая-то напасть! Это похоже на сглаз или болезнь. Мотивы роятся в моей голове - но что толку!
-О! - обрадовалась Клара Ардалионовна. - с этим мы справимся. У вас есть какие-нибудь инструменты, детальки от детского конструтора, жестянки из под кофе - что-нибудь в этом роде? Может быть, паяльник?
Не слишком почему-то удивляясь, Костик проводил странную пенсионерку в мастерскую, оборудованную покойным отцом в специально пристроенном к гаражу помещении. Гостья его пришла в восторг. "И даже резьбонарезные плашки - бормотала она в упоении, - и оцинкованная жесть..."
- Все-все! Идите сочиняйте свои мелодии. Я управлюсь за полчасика и вернусь.

Она вернулась после полудня и протянула Косте странный мерцающий предмет, похожий на ухо с размытыми краями. Предмет был совершенно немыслимый. Особенно изумлял исходящий из него черный электрический шнур с вилкой.
-Вот, Костенька, - сказала она сияя. - Анализатор художественных достоинств звуковых рядов.
Аналоговый... Ну, то-есть он не численно оценивает, а по аналогии. Вот если вы дадите ему прослушать Пятую симфонию... э-э лучше это делать на лужайке.... Я думаю, что результатом анализа будет ... ну, не знаю... может быть на лужайке воздвигнется храм...
Но я прошу вас включать анализатор в сеть. Потому что, он, безусловно, волшебный, однако же закон сохранения энергии... Мне бы не хотелось, чтобы вся эта энергия исходила из меня. Вы же видели, мое здоровье несколько пошатнулось.
Ну, вот, голубчик. Размеры возникших аналогий будут коррелировать с качеством музыкального произведения... Крупные предметы, разумеется исчезнут, когда вы выключите анализатор. А мелкие могут полностью материализоваться.
Теперь я пойду, а вы играйте и поглядывайте, что получилось. Это поможет отсеять талантливые мотивы от слабоватых.
Костя склонился к руке Клары Ардалионовны и поцеловал ее с глубоким чувством.

Через неделю композитор пригласил режиссера на прослушивание мелодий, которые он предполагал включить в фильм. Мотивы очень понравились. А еще больше понравились крохотные пирожные, наполнявшие несколько глубоких ваз.
- Костя, ты гений, - сказал режиссер. - А скажи, откуда у тебя эти волшебные пирожные?
- Эти? - со вздохом ответил Костя. - Побочный продукт творчества. Ешь, сколько влезет. Они бесплатные. Это мотивные птифуры