![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
Агарь в пустыне
Женщина с подростком торопились на юг. На севере лежала земля, куда они не смели ступить - там их ожидала смерть. Спешили, как могли. Надо было найти колодец или оазис, или какое-нибудь человеческое жилье пока не кончилась вода. Но они не успели. Последний глоток во втором мехе был допит, а каменистая пустыня простиралась до горизонта. Женщина была в отчаянии. Однако отцу мальчика было суждено стать прародителем многих народов. Поэтому еще до полудня отрок увидел с холма караван, и они догадались, что Бог их не оставил.
Сначала они побежали вниз наперерез, надеясь добраться до караванной тропы пока последний верблюд не ушел вперед. Потом Агарь поняла, что они не успеют. Она сняла с Ишмаэля всю поклажу и велела ему бежать изо всех сил. А сама не торопясь потащила оба мешка в ту же сторону, куда побежал сын. Верблюды двигаются медленно, но неустанно. Им не надо останавливаться, чтобы перевести дух. Но и юноша семнадцати лет, не имевший во рту ни капли воды со вчерашнего вечера, но спасающий две жизни, бежал, как олень. Он бы не успел, но люди каравана увидели движущееся черное пятно на светлом склоне и, затрубив в рог, остановили впереди идущих. Он упал в двадцати локтях от погонщика, и тот, не торопясь, подошел и протянул лежащему небольшую флягу с водой. Маленькую выдолбленную тыкву, в которой плескалась теплая и противная на вкус жизнь. Подошел хозяин каравана. Выслушал молча. Согласился подождать женщину и даже выслал ей навстречу погонщика. Они появились, когда край тени от скалы, отмеченный нетерпеливым караванщиком царапиной на земле, сдвинулся на целую ступню. Женщина казалась старухой - была грязна и измождена. Ей тоже дали напиться.
- Ты хочешь добраться с нами до жилья? - спросил караванщик. - Я готов. Продай мне своего мальчика, и вы оба всю дорогу не будете знать голода и жажды. А потом ты останешься у оазиса, а он пойдет со мной в Египет. Я добрый хозяин. Моим слугам живется хорошо.
Она глотнула еще из фляги и ответила твердо по-египетски:
- Нет. Он останется со мной. Я дам тебе плату. - На ладони ее лежала длинная золотая серьга с прозрачным синим камнем. Купец взял драгоценность. Рассмотрел.
- Этого хватит, чтобы я кормил вас обоих тридцать дней. Если за месяц мы не доберемся до жилья, ты должна будешь мне заплатить еще. И помни - я мог бы отобрать у тебя все, что у вас есть и убить обоих. Но я справедливый человек и боюсь богов.
- Я знаю, что ты не убийца, - ответила Агарь. - Мой Бог ведет меня и охраняет. Мы доберемся раньше, и ты отдашь мне обещанную нам еду за оставшиеся дни.
Хозяин покачал головой, удивляясь ее бестрепетной уверенности и мастерству торга, и согласился. Один из погонщиков спешился, и Агарь села в верблюжье седло. Ишмаэлю дали мула.
Через 17 дней они подошли к пальмовой роще, где журчал родник и стояло с полдюжины шатров. Верблюд Агари опустился на колени по знаку погонщика, и она спустилась на землю. Ишмаэль взял их поклажу, а Агарь мешочки с мукой, чечевицей и финиками, - то, что им полагалось на двоих на тринадцать дней. Мальчик низко поклонился, она кивнула и караван двинулся своим путем, а Агарь и Ишмаэль, не оглядываясь пошли к шатрам. У родника они напились и умыли лица. Потом Агарь велела сыну отвернуться, и переоделась в чистый хитон, а на голову набросила тонкое алое льняное покрывало с золотой вышивкой - подарок Авраама.
Когда хозяин со стадом и несколькими родичами - пастухами вернулся с пастбища, у шатра его ждала женщина в расцвете сил и красоты и при ней ладный юноша. С такой он бы не осмелился даже заговорить, не стой она у входа в его шатры.
- Войдите в мой дом - освежитесь, - предложил он, как требует закон
- Спасибо, - сказала она. - Господин мой женат?
- Да, конечно, - ответил удивленный хозяин. Мое имя Ханох. Жена моя в шатре. Она больна и не встает с постели. И у меня нет служанки, чтобы ходить за ней и готовить мне пищу.
- Возьми меня второй женой, господин! - сказала Агарь. Мне не надо выкупа, и я буду ходить за госпожой и покорствовать ей, как подобает младшей жене. А сын мой пусть работает на тебя, как делал бы твой сын. И я рожу тебе еще сыновей и дочерей, ибо я молода.
Так счастливый случай привел к Ханоху двух здоровых работящих людей. А вместе с ними и благословение господне. От Агари родилось только трое дочерей. Сыновей помимо Ишмаэля у нее не было. Но с тех пор стадо Ханоха не знало падежа, а хозяйство убытка. Агарь говорила, куда двинуться с овцами, где засеять чечевицу и когда перейти на новое становище. Через год они смогли дать двадцать овец за жену Ишмаэля. А когда он брал четвертую жену через двадцать лет, в окрестных племенах считали за честь породнится с общиной Ханоха. Его хамула была богата людьми и скотом, отражала бестрепетно набеги грабителей и пользовалась покровительством небес. Старик умер, благословив Ишмаэля остаться патриархом рода. Он и вправду был отцом шестнадцати сыновей и восьми дочерей. А внуков у него было так много, что, даже Агарь не помнила всех по именам. Но все его потомки знали, что происходят от великого вождя Авраама. И родом они из аравы. Отчего племя носило имя "Аравийя", а земля, в которую они пришли и обжили стала зваться всеми народами Аравией.
Сначала они побежали вниз наперерез, надеясь добраться до караванной тропы пока последний верблюд не ушел вперед. Потом Агарь поняла, что они не успеют. Она сняла с Ишмаэля всю поклажу и велела ему бежать изо всех сил. А сама не торопясь потащила оба мешка в ту же сторону, куда побежал сын. Верблюды двигаются медленно, но неустанно. Им не надо останавливаться, чтобы перевести дух. Но и юноша семнадцати лет, не имевший во рту ни капли воды со вчерашнего вечера, но спасающий две жизни, бежал, как олень. Он бы не успел, но люди каравана увидели движущееся черное пятно на светлом склоне и, затрубив в рог, остановили впереди идущих. Он упал в двадцати локтях от погонщика, и тот, не торопясь, подошел и протянул лежащему небольшую флягу с водой. Маленькую выдолбленную тыкву, в которой плескалась теплая и противная на вкус жизнь. Подошел хозяин каравана. Выслушал молча. Согласился подождать женщину и даже выслал ей навстречу погонщика. Они появились, когда край тени от скалы, отмеченный нетерпеливым караванщиком царапиной на земле, сдвинулся на целую ступню. Женщина казалась старухой - была грязна и измождена. Ей тоже дали напиться.
- Ты хочешь добраться с нами до жилья? - спросил караванщик. - Я готов. Продай мне своего мальчика, и вы оба всю дорогу не будете знать голода и жажды. А потом ты останешься у оазиса, а он пойдет со мной в Египет. Я добрый хозяин. Моим слугам живется хорошо.
Она глотнула еще из фляги и ответила твердо по-египетски:
- Нет. Он останется со мной. Я дам тебе плату. - На ладони ее лежала длинная золотая серьга с прозрачным синим камнем. Купец взял драгоценность. Рассмотрел.
- Этого хватит, чтобы я кормил вас обоих тридцать дней. Если за месяц мы не доберемся до жилья, ты должна будешь мне заплатить еще. И помни - я мог бы отобрать у тебя все, что у вас есть и убить обоих. Но я справедливый человек и боюсь богов.
- Я знаю, что ты не убийца, - ответила Агарь. - Мой Бог ведет меня и охраняет. Мы доберемся раньше, и ты отдашь мне обещанную нам еду за оставшиеся дни.
Хозяин покачал головой, удивляясь ее бестрепетной уверенности и мастерству торга, и согласился. Один из погонщиков спешился, и Агарь села в верблюжье седло. Ишмаэлю дали мула.
Через 17 дней они подошли к пальмовой роще, где журчал родник и стояло с полдюжины шатров. Верблюд Агари опустился на колени по знаку погонщика, и она спустилась на землю. Ишмаэль взял их поклажу, а Агарь мешочки с мукой, чечевицей и финиками, - то, что им полагалось на двоих на тринадцать дней. Мальчик низко поклонился, она кивнула и караван двинулся своим путем, а Агарь и Ишмаэль, не оглядываясь пошли к шатрам. У родника они напились и умыли лица. Потом Агарь велела сыну отвернуться, и переоделась в чистый хитон, а на голову набросила тонкое алое льняное покрывало с золотой вышивкой - подарок Авраама.
Когда хозяин со стадом и несколькими родичами - пастухами вернулся с пастбища, у шатра его ждала женщина в расцвете сил и красоты и при ней ладный юноша. С такой он бы не осмелился даже заговорить, не стой она у входа в его шатры.
- Войдите в мой дом - освежитесь, - предложил он, как требует закон
- Спасибо, - сказала она. - Господин мой женат?
- Да, конечно, - ответил удивленный хозяин. Мое имя Ханох. Жена моя в шатре. Она больна и не встает с постели. И у меня нет служанки, чтобы ходить за ней и готовить мне пищу.
- Возьми меня второй женой, господин! - сказала Агарь. Мне не надо выкупа, и я буду ходить за госпожой и покорствовать ей, как подобает младшей жене. А сын мой пусть работает на тебя, как делал бы твой сын. И я рожу тебе еще сыновей и дочерей, ибо я молода.
Так счастливый случай привел к Ханоху двух здоровых работящих людей. А вместе с ними и благословение господне. От Агари родилось только трое дочерей. Сыновей помимо Ишмаэля у нее не было. Но с тех пор стадо Ханоха не знало падежа, а хозяйство убытка. Агарь говорила, куда двинуться с овцами, где засеять чечевицу и когда перейти на новое становище. Через год они смогли дать двадцать овец за жену Ишмаэля. А когда он брал четвертую жену через двадцать лет, в окрестных племенах считали за честь породнится с общиной Ханоха. Его хамула была богата людьми и скотом, отражала бестрепетно набеги грабителей и пользовалась покровительством небес. Старик умер, благословив Ишмаэля остаться патриархом рода. Он и вправду был отцом шестнадцати сыновей и восьми дочерей. А внуков у него было так много, что, даже Агарь не помнила всех по именам. Но все его потомки знали, что происходят от великого вождя Авраама. И родом они из аравы. Отчего племя носило имя "Аравийя", а земля, в которую они пришли и обжили стала зваться всеми народами Аравией.