![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
Обыкновенная история
Мой друг - математик. То-есть, в прямом смысле. Не то, что детям в школе объясняет признаки подобия треугольников, а настоящий. Теоремы там разные, конференции, статьи, писанные по-английски для американских журналов, ученые советы, отзывы на диссертации и всякое такое. И работал в Институте Математики. Еврей, как водится. Совершенно классический случай. Его даже в Московский Мехмат в 68 году не приняли, несмотря на то, что он был победителем всяких олимпиад. Для экзаменаторов это было нелегко, но поставить на первом устном экзамене по математике четверку всегда можно. Так, что он, несмотря на золотую медаль, вынужден был сдавать все пять экзаменов. А уж тут - проще простого. В сочинении не раскрыл тему "Роль партии в романе "Поднятая целина"", и недобрал до проходного балла. Зато в Тбилиси на математический факультет его, конечно, охотно взяли без экзаменов с московскими отметками и дипломами Всесоюзных олимпиад. А потом все пошло по накатанному пути. Ричард был талантлив, работоспособен и усидчив. И грузинский язык знал очень хорошо. Что не было обязательным условием для успешной работы, но помогало.
Докторская диссертация его была совсем готова и даже защита уже назначена, но как раз в этот момент в Грузии началась гражданская война, Советский Союз рухнул с великим грохотом, и, когда туча пыли, вызванная его падением, немного рассеялась, мой друг обнаружил себя уборщиком на многоэтажной платной автомобильной стоянке города Сиэтл.
Разумеется, он разослал свои данные по разным университетам, но кормить семью и платить за квартиру надо было уже сейчас, а ждать ответов и собеседований пришлось много месяцев.
Пару недель Ричард орудовал щетками и шлангом и ориентировался на местности. За это время он познакомился с двумя другими уборщиками и узнал от них, что
кассиры, которые располагаются на всех этажах и берут деньги за парковку, получают в час на четыре доллара больше, чем уборщики. Это обещало другой уровень жизни и, преодолев естественную робость, Ричард спросил симпатичную улыбчивую пожилую кассиршу, нельзя ли и ему устроиться на эту замечательную должность. Та поразмыслила и сказала, что в принципе это возможно, потому что Билла вчера уволили за пьянство, и менеджер ищет подходящего кандидата. Но - есть одна закавыка. Надо пройти экзамен. "Они проверяют, можешь ли ты правильно отсчитать сдачу со ста долларов. Это несложно. Ты сможешь, - ободрила она. - Но есть что-то потруднее. Не знаю, как тебе объяснить... вот смотри: сейчас без двадцати семь. Так? А он спросит, который час, и тебе надо будет быстро в уме посчитать и сказать: восемнадцать - сорок. Ну что? Справишься? Не боишься?" Ричард не боялся.
Менеджер остался вполне доволен способностями нового кандидата, и мой друг продвинулся на одну клеточку в своей заново начатой американской карьере. Муза Урания, покровительствующая не только астрономии, но и математике, благосклонно покивала ему. На следующий день он явился на работу не в резиновых сапогах, а в туфлях, светлой рубашке и отглаженных брюках.
Он очень консервативен в одежде, мой товарищ. Так что и сегодня, перед тем, как начать свою университетскую лекцию по zoom, не ленится сменить домашние тапочки на черные туфли со шнурками. Хотя мог бы себе позволить...
Докторская диссертация его была совсем готова и даже защита уже назначена, но как раз в этот момент в Грузии началась гражданская война, Советский Союз рухнул с великим грохотом, и, когда туча пыли, вызванная его падением, немного рассеялась, мой друг обнаружил себя уборщиком на многоэтажной платной автомобильной стоянке города Сиэтл.
Разумеется, он разослал свои данные по разным университетам, но кормить семью и платить за квартиру надо было уже сейчас, а ждать ответов и собеседований пришлось много месяцев.
Пару недель Ричард орудовал щетками и шлангом и ориентировался на местности. За это время он познакомился с двумя другими уборщиками и узнал от них, что
кассиры, которые располагаются на всех этажах и берут деньги за парковку, получают в час на четыре доллара больше, чем уборщики. Это обещало другой уровень жизни и, преодолев естественную робость, Ричард спросил симпатичную улыбчивую пожилую кассиршу, нельзя ли и ему устроиться на эту замечательную должность. Та поразмыслила и сказала, что в принципе это возможно, потому что Билла вчера уволили за пьянство, и менеджер ищет подходящего кандидата. Но - есть одна закавыка. Надо пройти экзамен. "Они проверяют, можешь ли ты правильно отсчитать сдачу со ста долларов. Это несложно. Ты сможешь, - ободрила она. - Но есть что-то потруднее. Не знаю, как тебе объяснить... вот смотри: сейчас без двадцати семь. Так? А он спросит, который час, и тебе надо будет быстро в уме посчитать и сказать: восемнадцать - сорок. Ну что? Справишься? Не боишься?" Ричард не боялся.Менеджер остался вполне доволен способностями нового кандидата, и мой друг продвинулся на одну клеточку в своей заново начатой американской карьере. Муза Урания, покровительствующая не только астрономии, но и математике, благосклонно покивала ему. На следующий день он явился на работу не в резиновых сапогах, а в туфлях, светлой рубашке и отглаженных брюках.
Он очень консервативен в одежде, мой товарищ. Так что и сегодня, перед тем, как начать свою университетскую лекцию по zoom, не ленится сменить домашние тапочки на черные туфли со шнурками. Хотя мог бы себе позволить...