![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
Карантин
Старый дож плывет в гондоле
С догарессой молодой
Его серенити пятьдесят четвертый венецианский дож Андреа Дандоло вернулся домой около полуночи. Молодая жена его мона Джованна дремала одетая на огромной кровати. Она отказалась покинуть супруга и уехать в тихое место, но настояла, чтобы на время поветрия они с мужем и немногими слугами переехали из огромного дворца дожей в небольшое палаццо, доставшееся ей от матери.
Пока слуги таскали ушаты горячей воды для ванны, Джованна помогала мужу раздеться. Он был уже немолод и напряжение последних месяцев могло убить его вернее чумы. Парчовая шапка - Corno Ducale - символ власти, полетела на постель.
Туда же отвратительный белый чепчик, надеваемый снизу, пелерина, тяжелая золотая цепь, мантия, еще несколько драгоценных тряпок - наконец Андреа погрузился в дубовую ванну. Джованна добавила в воду аравийские ароматические масла, снимающие усталость, порошок из высушенных трав, избавляющих от тревог и кристаллы соли из Святой Земли, отвращающие зло. Дож отдыхал в горячей воде, закрыв глаза. Жена рассказывала, что никто из домашних не заболел, что мясник и зеленщик принесли свинину, битую птицу, овощи и фрукты. Как приказывал Андреа, им спустили со второго этажа корзину с щедрой платой, они забрали серебро и сложили в корзину продукты, которые поварята подняли на кухню. Муж одобрительно кивал. Джованна сказала, что проверили все кладовые - припасов дров, муки, сыров и вина довольно на много месяцев . Дож поморщился. "Вино придется вылить, - проговорил он. - Я запретил употребление вин. С сегодняшнего дня закрыты трактиры и винные лавки. Торговцам велено замуровать входы в свои винные подвалы. То, что будет обнаружено - выльют в каналы." Он открыл глаза и посмотрел на жену.
- Как моя умница объяснит этот запрет?
Догаресса присела на бархатный табурет у ванны, сплела пальцы и минутку помолчала. Они оба любили эти ежевечерние уроки логики, справедливости и целесообразности.
- Тут несколько очевидных причин, - проговорила она. Во-первых, пьянство склоняет к разврату и греху. А во время эпидемии, когда милость Божия наша единственная защита, греха следует избегать неуклонно. Во-вторых, пьяные теряют страх и легче нарушают запреты: они могут вломиться в дома умерших и растащить имущество, что нарушает права наследников. В-третьих, доступное вино может соблазнить стражников, а это уже угроза власти, которая в наши страшные времена должна быть особенно сильна и могущественна.
- Прекрасно, Джованна! Мне пришлось растолковывать Совету Десяти то, что молодая женщина поняла сама, благодаря блестящему природному уму и набожности. Есть еще одна причина: в трактирах скопляется много людей - там заболевшие, у которых еще не появились бубоны, заражают здоровых. Если вино будет доступно, запреты на трактиры не подействуют - его будут подавать в подвалах, сараях и где придется. Для нашего дома все эти причины не существенны. Мы выльем вино, потому что таков новый Закон Республики. Ты проследишь завтра?
- Да, мой господин, - ответила супруга дожа. - Сколько умерших подобрали вчера сборщики трупов?
- Вчера, восьмого апреля, тысяча триста сорок восьмого года от рождества Христова, в Венеции от чумы умерло триста семнадцать человек и еще одиннадцать от иных причин. Дома умерших заперты. Домочадцев перевозят на остров, где держат под караулом пассажиров и команды причаливших кораблей, и хоронят умерших. За живыми ухаживают монахи святого Лазаря. Эти монахи там творят чудеса милосердия. Все уже называют сам остров Лазаретто. Беда в том, что остров переполнен. Надо установить какие-нибудь сроки. Те, кто не заболел, должны вернуться к работе в свои дома. Как ты думаешь? Какой срок будет разумным? Мы не можем кормить их бесплатно до конца мора.
Джованна снова сплела тонкие палцы изящных рук. Дож смотрел на нее и думал, что Господь наказует весь мир, а ему лично, неизвестно за какие заслуги, даровал такое сокровище - супругу любящую, разумную и прекрасную. Догаресса подняла лицо.
- Сорока дней будет достаточно, чтобы прояснить сомнения. Господь наш, усомнившись, ушел в пустыню на сорок дней. Коли ему хватило, то и христианам будет довольно, - рассудила Джованна.
- Прекрасно, - сказал дож! - Сорок дней - quaranta. Многих уже можно выпустить. У острова Лазаретто будет функция quarantena.
Горничные помогли ему вылезти из ванны, обтерли полотном, подали ночную рубаху. Уже лёжа в постели он сказал Джованне: небось и турецкие шпионы, и генуэзские, и венгерские через пару недель донесут хозяевам. В каждом городе и селе Европы до конца года огородят квартал для карантина. Жаль, никто никогда не узнает, что это придумала моя умница. И он нежно поцеловал спящую жену.
С догарессой молодой
Его серенити пятьдесят четвертый венецианский дож Андреа Дандоло вернулся домой около полуночи. Молодая жена его мона Джованна дремала одетая на огромной кровати. Она отказалась покинуть супруга и уехать в тихое место, но настояла, чтобы на время поветрия они с мужем и немногими слугами переехали из огромного дворца дожей в небольшое палаццо, доставшееся ей от матери.
Пока слуги таскали ушаты горячей воды для ванны, Джованна помогала мужу раздеться. Он был уже немолод и напряжение последних месяцев могло убить его вернее чумы. Парчовая шапка - Corno Ducale - символ власти, полетела на постель.
Туда же отвратительный белый чепчик, надеваемый снизу, пелерина, тяжелая золотая цепь, мантия, еще несколько драгоценных тряпок - наконец Андреа погрузился в дубовую ванну. Джованна добавила в воду аравийские ароматические масла, снимающие усталость, порошок из высушенных трав, избавляющих от тревог и кристаллы соли из Святой Земли, отвращающие зло. Дож отдыхал в горячей воде, закрыв глаза. Жена рассказывала, что никто из домашних не заболел, что мясник и зеленщик принесли свинину, битую птицу, овощи и фрукты. Как приказывал Андреа, им спустили со второго этажа корзину с щедрой платой, они забрали серебро и сложили в корзину продукты, которые поварята подняли на кухню. Муж одобрительно кивал. Джованна сказала, что проверили все кладовые - припасов дров, муки, сыров и вина довольно на много месяцев . Дож поморщился. "Вино придется вылить, - проговорил он. - Я запретил употребление вин. С сегодняшнего дня закрыты трактиры и винные лавки. Торговцам велено замуровать входы в свои винные подвалы. То, что будет обнаружено - выльют в каналы." Он открыл глаза и посмотрел на жену.- Как моя умница объяснит этот запрет?
Догаресса присела на бархатный табурет у ванны, сплела пальцы и минутку помолчала. Они оба любили эти ежевечерние уроки логики, справедливости и целесообразности.
- Тут несколько очевидных причин, - проговорила она. Во-первых, пьянство склоняет к разврату и греху. А во время эпидемии, когда милость Божия наша единственная защита, греха следует избегать неуклонно. Во-вторых, пьяные теряют страх и легче нарушают запреты: они могут вломиться в дома умерших и растащить имущество, что нарушает права наследников. В-третьих, доступное вино может соблазнить стражников, а это уже угроза власти, которая в наши страшные времена должна быть особенно сильна и могущественна.
- Прекрасно, Джованна! Мне пришлось растолковывать Совету Десяти то, что молодая женщина поняла сама, благодаря блестящему природному уму и набожности. Есть еще одна причина: в трактирах скопляется много людей - там заболевшие, у которых еще не появились бубоны, заражают здоровых. Если вино будет доступно, запреты на трактиры не подействуют - его будут подавать в подвалах, сараях и где придется. Для нашего дома все эти причины не существенны. Мы выльем вино, потому что таков новый Закон Республики. Ты проследишь завтра?
- Да, мой господин, - ответила супруга дожа. - Сколько умерших подобрали вчера сборщики трупов?
- Вчера, восьмого апреля, тысяча триста сорок восьмого года от рождества Христова, в Венеции от чумы умерло триста семнадцать человек и еще одиннадцать от иных причин. Дома умерших заперты. Домочадцев перевозят на остров, где держат под караулом пассажиров и команды причаливших кораблей, и хоронят умерших. За живыми ухаживают монахи святого Лазаря. Эти монахи там творят чудеса милосердия. Все уже называют сам остров Лазаретто. Беда в том, что остров переполнен. Надо установить какие-нибудь сроки. Те, кто не заболел, должны вернуться к работе в свои дома. Как ты думаешь? Какой срок будет разумным? Мы не можем кормить их бесплатно до конца мора.
Джованна снова сплела тонкие палцы изящных рук. Дож смотрел на нее и думал, что Господь наказует весь мир, а ему лично, неизвестно за какие заслуги, даровал такое сокровище - супругу любящую, разумную и прекрасную. Догаресса подняла лицо.
- Сорока дней будет достаточно, чтобы прояснить сомнения. Господь наш, усомнившись, ушел в пустыню на сорок дней. Коли ему хватило, то и христианам будет довольно, - рассудила Джованна.
- Прекрасно, - сказал дож! - Сорок дней - quaranta. Многих уже можно выпустить. У острова Лазаретто будет функция quarantena.
Горничные помогли ему вылезти из ванны, обтерли полотном, подали ночную рубаху. Уже лёжа в постели он сказал Джованне: небось и турецкие шпионы, и генуэзские, и венгерские через пару недель донесут хозяевам. В каждом городе и селе Европы до конца года огородят квартал для карантина. Жаль, никто никогда не узнает, что это придумала моя умница. И он нежно поцеловал спящую жену.